Храм в Верхних Секинесях в одной связи с одноэтажною колокольнею; деревянный, срублен из соснового леса, данного казной, на каменном фундаменте. Он стоит вне села, на довольно возвышенном месте; престол один - во имя св. Живоначальной Троицы.
Первая мысль о построении храма в дер. В. Секинесях принадлежала местному крестьянину Сергею Петровичу Филатову, пожертвовавшему на это святое дело из своих средств 500 руб. Хлопоты перед епархиальным начальством о постройке храма, по просьбе крестьян, принял на себя лесничий Мамадышского уезда Петр Александрович Григорьев. В последствии он, хотя и не состоял членом строительного комитета, всегда принимал самое живое участие в постройке храма.
Храмозданной грамотой, выданной 22 окт. 1892 г., архиеп. Владимир благословил и разрешил построить деревянную церковь по утвержденному проекту в дер. Верхних Секинесях во имя св. Живоначальной Троицы с образованием при ней особого самостоятельного прихода из обывателей этой деревни. Как видно из храмозданной грамоты, побуждением к построению храма в Верхних Секинесях служило затруднительность сообщения в весеннее время обывателей деревни с приходскою церковью в с. Секинесе, теснота теплой Секинесской церкви и особое усердие вершинцев ко храму Божию. Получив грамоту и не имея достаточных средств для постройки храма, крестьяне по совету П. А. Григорьева обратились к купцу г. Мамадыша Корнилию Никаноровичу Щербакову с просьбой принять на себя обязанность председателя строительного комитета, на что тот благосклонно согласился, пожертвовав для него до 4 000 руб. Постройка храма была начата весной 1893 г. и к 1 июня 1895 г. была закончена. Храм освятил 1 июня 1895 г. местный благочинный свящ. Константин Мудров в сослужении… местного священника Василия Городецкого и диакона Мамадышского Троицкого собора Василия Ляпидовского. Стечение народа на освящении храма было громадное, так что не только храм, но и ограда церковная были переполнены молящимися. Прихожане с чувством духовной радости и сердечной благодарности поднесли храмоздателю К. Н. Щербакову в дар металлическое блюдо с хлебом и солью; К. Н. Щербаков принял крестьянский дар и душевно благодарил за него.
Храм имеет форму продолговатого креста, оканчивающегося шестигранным полуовалом на восточной стороне и прямоугольником на западной. Построен он в русско-византийском стиле, с полукруглым куполом над средней частью храма. Купол один и один над колокольнею; оба глухие в виде опрокинутого полушария. Купола завершаются круглыми железными главами, окрашенными в синий цвет, с железными позлащенными крестами.
Крыша на церкви железная, окрашена зеленой масляной краской. Над алтарем шатрообразная, а над среднею частью храма и притвором - дугообразная, в два ската. Храм внутри отштукатурен, снаружи обшит тесом и окрашен масляной краской в сиреневый цвет, карнизы и пилястры в белый. Наружных дверей три: одна ведет в глухую паперть, остальные две с северной и южной сторон, в среднюю часть храма. Внутренняя площадь храма 44 к. саж.
Колокольня деревянная, в одной связи с церковью, одноярусная. На ней висят 5 колоколов: первый 39 пуд., приобретен усердием прихожан в память коронования государя Николая II, вылит в 1896 г. на заводе Д. А. Шишкина в Елабуге; второй 10 пуд. 19 фун. вылит на том же заводе в 1895 г.; третий - 3 пуд. 3 фун., четвертый – 1 пуд 13 фун. и пятый - 24 фунта.
Вокруг церкви устроена каменная цокольная ограда с деревянною решеткою, окрашенною зеленой краской. Иконостас двухъярусный, деревянный, с резьбою по местам, царские двери тоже деревянные и с резьбою, позлащенные. Все иконы в иконостасе написаны на золотом фоне. Ризница церковная очень небогата.
Церковно-приходское попечительство открыто в 1895 г., председатель его К. Н. Щербаков, принимающий самое горячее участие в окончательном устройстве храма и церковных причтовых домов; он же является всегда жертвователем на все церковные нужды.
«Историко-статистическое описание церквей и приходов Казанской епархии». Выпуск 6. Казань. Типография Императорского Университета 1904 г.
Комментарии и обсуждение
Потому и не пришло мне креститься в Вершинах, а в Омарах.