ГЛАВНАЯ О ПРОЕКТЕ ВХОД РЕГИСТРАЦИЯ

Вышков. Малино-Островский Рождество-Богородицкий единоверческий монастырь.


Вышков. Малино-Островский Рождество-Богородицкий единоверческий монастырь
Деревянный монастырь.  Утрачен. (вся деревянная архитектура в каталоге →) (все монастыри в каталоге →)
Год основания:1767.
Год утраты:приблизительно 1984 (Разобрано последнее строение)
Адрес:
Брянская область, Злынковский район, Вышковское городское поселение

Координаты: 52.499541, 31.708964 (приблизительно)
Реальное положение объекта на местности может отличаться от указанного на 100-200 метров, а в отдельных случаях и больше. Если вам известны более точные координаты объекта - пожалуйста, сообщите нам.

Проезд:в 4 км к северу от рабочего посёлка Вышков, недалеко от реки Ипуть



Утраченные храмы монастыря:
Церковь Рождества Пресвятой Богородицы (1767 г.)
Церковь Преображения Господня (не позже 1781 г.)
Часовня Николая Чудотворца



Малино-Островский Рождество-Богородицкий единоверческий монастырь, Территория бывшего монастыря<br>, Вышков, Злынковский район, Брянская область
Территория бывшего монастыря
Александр ДУДНИКОВ
11 ноября 2008



Карта и ближайшие объекты


Приблизить
Отдалить
Развернуть



Статьи


Александр ДУДНИКОВ
 

История возникновения Малиноостровского монастыря берет начало в XVIII столетии. В те далекие времена в районы северной Черниговщины прибыла группа беглых раскольников из Нижнего Новгорода, сторонников так называемого диаконовского течения. Незадолго до этого их духовный лидер, диакон Александр, был казнен за исповедание своей веры. Один из его последователей, поп Патрикий, после долгих странствий осел в слободе Зыбкой, где вместе с единомышленниками стал распространять новое вероучение в окрестных старообрядческих слободках.

По прошествии определенного времени сторонники Патрикия решили основать монастырь в 12 километрах от Злынки. Для этого они выбрали участок земли на небольшой возвышенности под названием «Малинов остров», что рядом с рекой Ипуть. Во время разлива это место оказывалось отрезанным от «большой земли» практически на три месяца, поэтому оно и называлось среди местного населения «островом».

Именно здесь появились строения святой обители. Одной из первых построили деревянную церковь в честь Рождества Пресвятой Богородицы, освященную в 1767 году иеромонахом Вениамином из Ветки. С этого времени монастырь стал именоваться в честь Царицы Небесной.

На первоначальном этапе обитель была мужской. Рядом с уже обустроенной церковью, впоследствии расширившейся, а затем и второй, зимней, названной в честь великомученика Димитрия Солунского, построили небольшие деревянные кельи для братии. В 1781 году уже было сорок келий, в которых подвизались около пятидесяти насельников.

Вышковский краевед Анатолий Поддубный, много времени посвятивший сбору информации об этом монастыре, в своей книге «Злынковская земля сквозь дымку времени» рассказывает о том, как непросто складывалась судьба монастыря, поскольку он был основан без разрешения светской и церковной властей. После того, как о его существовании сообщили Императрице Екатерине II, обитель попытались упразднить. Однако монахи, поддержанные паствой, обратились к представителям официальной церкви с прошением о направлении им священника.

Данный вопрос не решался десятилетия. Наконец, в 1842 году удалось договориться, священник был прислан. При этом часть прихожан, не желая принимать единоверие, взбунтовалась. Около трех тысяч человек, пришедших из Новозыбкова и окрестностей, с ропотом и недовольством встретили первого священника Алексея Соколова. Дело дошло до бунта. Сопровождавшие священнослужителя исправник и становой пристав обещали, что посягательств на «старую» веру нет, все церковные обряды будут выполняться согласно установлениям и обычаям. Однако толпа захватила монастырь, монахи, признавшие священника, были изгнаны. Также бунтовщики заменили замки на входных дверях в церквах и других строениях. Священник Соколов и большинство монахов вынужденно бежали, опасаясь расправы. Бунтовщики не вняли уговорам представителей местной власти.

Бунт продолжался до конца августа 1842 года. Три тысячи противников единоверия обосновались в монастыре и его окрестностях, заняли монашеские кельи, жили в землянках и шалашах. Местность выглядела словно огромный табор. Кругом горели костры, слышались разговоры возбужденных людей, их молитвы.

В связи со сложившейся чрезвычайной обстановкой 27 августа из Чернигова в монастырь прибыли жандармы во главе с полковником Арсеньевым. Начались аресты наиболее активных участников восстания. Остальные подчинились и разошлись. Священник Соколов наконец приступил к исполнению своих обязанностей. В благодарность за подавление бунта и успокоение народа отслужили три Божественные литургии.

А. Поддубный в своей книге приводит слова генерал-губернатора Черниговской губернии Павла Гессе по поводу произошедшего: «Собралось их там, раскольников, из посадов до тысяч мужчин и женщин …и мы с ними более двух месяцев возились, едва развязались, дело доходило до экзекуции».

Святейший Синод 27 сентября 1842 года объявил Малиноостровский монастырь единоверческим, монахи были освобождены от налогов, архимандрита избрали из иноков самого монастыря. Прежде «вольный и незаконный» монастырь признали. Однако Указ Синода о его материальной поддержке остался лишь на бумаге. Финансирования со стороны государства обитель так и не получила, вследствие чего иноки выживали за счет собственного труда, сельскохозяйственного производства и сдачи в аренду монастырских угодий. Большинство прежних сторонников отвернулись, часть братии покинула монастырь по болезни и немощи.

Согласно историческим документам, к 1850 году монастырская жизнь представляла собой жалкое зрелище. Вот что писал один из паломников: «Малино-Островский монастырь имеет чувствительный недостаток в братстве, так что кроме настоятеля один иеромонах престарелый, служить не могущий, а другой слабый здоровьем; один иеродиакон и только три инока и три престарелых послушника…»

В обители случались и другие беды. Однажды она была подвергнута ограблению, похищены почитаемые иконы и другие ценности. В апреле 1865 года в собственной келье убит игумен – отец Александр (выходец из мещан Новозыбкова). После этих событий всех насельников перевели в Покровский монастырь рядом с Климово.

На этом история мужского монастыря закончилась. Начался другой период, когда 15 января 1866 года в обитель из Максаковского единоверческого Спасо-Преображенского монастыря, располагавшегося в 70-ти верстах от Чернигова, прибыли четыре монахини: Глафира, Марфа, Елена и Павла с восемью послушницами. Настоятельницей выбрали Глафиру. До пострижения она звалась «солдатская дочь из Новозыбкова, Гликерия Синицина». Под ее руководством монастырская жизнь оживилась, обитель существенно преобразилась. Изменения коснулись как внутренней, духовной жизни, так и его внешнего вида. Значительно увеличилось число пожертвований, что дало возможность обновить монастырские здания. В благодарность прихожанам игуменья, как писали паломники, «никого не выпускала из ограды монастыря голодным, к каждому относилась внимательно и рубище бедняка старалась заменить одеждой крепкою».

Новозыбковские, злынковские и другие купцы стали охотнее сотрудничать с монастырем. В частности, купец Лютенков из Новозыбкова взял в аренду богатое рыбой монастырское озеро в Суражском уезде, обязуясь вести дела так, чтобы не причинить ущерб. Злынковский купец Воскобойников за свой счет обновил кресты на одной из церквей. Заметный вклад в развитие монастыря за годы его существования внес новозыбковский купец и благотворитель Афанасий Шведов, потомки которого также не забывали о помощи святой обители. Злынковский купец Федор Осипов и его сыновья очень любили монастырь, много помогали ему. Осипову принадлежат такие проникновенные слова об этой обители: «Монастырь этот, как старообрядцы, так и единоверцы, считают приходским храмом … горящим светильником в темной роще».

В 1888 году, когда монастырь возглавила игуменья Еликонида, работа по его укреплению успешно продолжилась. На тот момент в монастыре было 15 монахинь и 35 послушниц. Из них умели читать – 24, писать – 11, неграмотных было 12, обучались письму и чтению 4. Насельницы прибыли из разных мест Российской Империи. Многие являлись выходцами из Большой Знаменки Таврической губернии. Оттуда же происходила и мать-настоятельница.

Монастырь заботился не только о духовном окормлении своих чад, но и об их интеллектуальном развитии. Так, в монастыре 18 января 1891 года открылась школа грамоты. В ней обучались 18 учащихся, среди них – Николай Осипов, сын злынковского купца. Девочки в этой школе наряду с общеобразовательными занятиями учились вязать и вышивать. Также монастырь вел активную хозяйственную деятельность. Часть собственности сдавалась в аренду. Другая управлялась монахинями самостоятельно. Помощи от благотворителей и арендаторов не хватало, по этой причине настоятельница ежегодно посылала монахинь и послушниц на сбор милостыни.

К началу XX столетия монастырь стал благоустроенным и величественным. Местное население и паломники находили в его стенах духовную поддержку. По воспоминаниям бывавших там людей, не только территория монастыря, но и окружающая местность радовала взор и услаждала душу. Монахини развели прекрасные цветники. Цветы в клумбах благоухали с весны и до поздней осени. За оградой находились гостиница для богомольцев и странников, хозяйственный двор. Внутри – 16 монашеских келий, деревянная Рождественско-Богородичная церковь с большим иконостасом и пятиярусной колокольней высотой около 35 метров. Деревянная Димитриевская церковь с иконостасом и двумя главами стояла на кирпичном фундаменте. Кроме того, имелись настоятельский корпус, дом священника, трапезная и другие постройки.

Монахини были образцом милосердия и благотворительности. Они постоянно собирали деньги для слепых, детей-сирот, умственноотсталых и эпилептиков, на борьбу с проказой, в пользу «детей воинов, павших на поле брани», в помощь неимущим Георгиевским кавалерам. Список тех, кому оказывалась помощь, был длинным. Каждому гостю на дорогу обязательно давали гостинец – вкусный и сытный монастырский пирог.

Один из прихожан, доживший до 96 лет и хорошо помнивший время расцвета монастыря, рассказывал, что за оградой под сосной находился врытый в землю стол. Любой путник, оказавшийся в тех краях и почувствовавший голод, подходил к монастырским воротам, дергал шнур колокольчика. На его звук выходили монахини и приносили еду. На одном из подносов всегда была чашка меда и кувшин с квасом, настоянном на лекарственных травах.

Таким монастырь подошел к рубежу, отделившему прежнюю жизнь от новой, вызванной трагическими событиями октября 1917 года. После революции обитель некоторое время существовала по-прежнему. Но поздней осенью 1918 года большевики закрыли монастырь, хотя в его церквах продолжались службы.

Монахини пытались остаться в своих намоленных кельях. В связи с этим они обратились в новозыбковский уисполком с соответствующим заявлением. Однако в удовлетворении их прошения было отказано на том основании, что кельи выстроены за счет средств купцов и фабрикантов, неугодных советской власти. Затем на территории монастыря действовала колония для малолетних преступников. Но своего Макаренко там не нашлось и ее закрыли. В пустующей церкви обустроили дом для инвалидов – участников Гражданской войны.

Окончательно судьба обители была решена новозыбковским уездным исполкомом 12 февраля 1929 года. В постановлении указывалось: «Принимая во внимание, что здание большой церкви Малиноостровского монастыря пришло в ветхость и угрожает обвалом – закрыть названную церковь и здание разобрать на слом. Здание же второй церкви, малой, передать под школу для вновь организованного из граждан Перевозского поселка и рабочих, живших в Малиновом остроге, с оставлением здания на месте».

Дальнейшая судьба святой обители печальна. Все, что поддавалось разграблению, было вынесено и разворовано. Судьба икон в золоченых окладах с бисерными украшениями неизвестна. Очевидцы рассказывали, что их вывезли со множеством старинных богослужебных книг. Колокола сняли практически на следующий день после вынесения решения о ликвидации монастыря, а точнее – приговора. Один из них долгое время использовался в здании пожарной части спичечной фабрики «Ревпуть», но впоследствии исчез и этот колокол. Как говорят, в 1990 году он был выменян на бутылку водки. Кто приобрел эту историческую реликвию, неизвестно.

В разрушении церкви, уничтожении икон и большой монастырской библиотеки активное участие принимали местные жители. Разорили и монастырское кладбище. Могилы насельниц, жертвователей и благотворителей варварски вскрывались, в них искали золотые украшения, при этом останки почивших людей выбрасывались наружу. Даже само название «Малинов» хотели заменить на «Октябрьский». Но оно не прижилось. Впоследствии жители стали называть это место «Берендеев остров». Последние 9 монахинь покинули обитель 7 сентября 1929 года.

После войны в неразрушенные кельи, куда даже электричество не провели, поселили трудящихся спичечной фабрики и других находившихся в округе предприятий. Не было там ни дорог, ни магазинов, вообще никакой связи с цивилизацией, кроме тропинок. После ухода рабочих началась постепенная распродажа монашеских келий, построенных из прочных дубовых бревен. Последнюю увезли в 1984 году. С тех пор на месте бывшего, когда-то красивейшего в округе монастыря, уже нет никаких примет былой яркой духовной жизни. Лес, окружавший обитель, хищнически вырублен еще в двадцатые годы прошлого века.

Однако, несмотря на осквернение и разрушение монастыря до основания, память о нем не исчезла в людях. О монастыре рассказывали, бывали на месте, где он располагался. Еще долгое время помнили, что когда-то этот духовный центр был на нашей святой земле, принимал, окормлял и поддерживал верующих, давая им утешение и помощь в трудную минуту.

По материалам: Наша древняя земля. Малиноостровский монастырь. Краеведы Анна Дмитроченко, Александр Дудников, г. Новозыбков


Александр ДУДНИКОВ
 

Клировая ведомость Малиноостровского Рождество-Богородицкого единоверческого второклассного женского монастыря за 1915 год

Малиноостровский монастырь основан старообрядцем, жителем посада Злынка мещанином Савином Памфиловым в начале второй половины истекшего XVIII столетия, а именно около 1768 года в 10 верстах от посада Злынка на левом берегу реки Ипути на острове, именуемом «Малиновым», где и доселе.

В 1842 году Указом Святейшего Синода от 17 октября за № 268 дано знать, что монастырь сей по Высочайшему Его Императорского Величества Государя Николая Павловича соизволению в 27 день сентября признан единоверческим общежительным, а в 1865 году по ходатайству блаженной памяти высокопреосвященнейшего Филарета, архиепископа Черниговского, преобразован из мужского в женский.

Ныне в монастыре 2 церкви, обе деревянные.

Первая – соборная, двухпрестольная. Главный престол во имя Рождества Пресвятой Богородицы. Придельный во втором этаже, над трапезной, во имя Преображения Господня. Основана на каменном фундаменте о пяти главах, покрыта железом и окрашена снаружи и внутри. В одной связи с церковью деревянная колокольня в пять ярусов. В каком году построена церковь сия и освящена – неизвестно.

Вторая церковь – теплая, во имя великомученика Димитрия Солунского, основана на каменном фундаменте, покрыта железом и окрашена. Время построения этой церкви неизвестно.

Церковной утвари достаточно.

Кроме церквей в монастыре имеются следующие постройки:

- трапезная;

- настоятельский корпус;

- дом священника;

- 16 келий для сестер (всем требуется ремонт крыш, полов и фундаментов. Две келии совсем ветхие;

- имеются каменный погреб, длинный амбар и ледник;

- на восточной стороне внутри ограды имеется деревянный корпус на каменном фундаменте, построенный благотворителем, умершим Новозыбковским купцом Афанасием Ивановичем Шведовым в 1892 году;

- за оградой монастыря имеется гостиница для богомольцев и странников на четыре помещения;

- вне монастыря особняком имеется скотный двор с двумя жилыми помещениями для скотниц и рабочих.

Вокруг монастыря имеется каменная ограда, выстроена в 1902 году.

Земли при монастыре имеется по плану Генерального межевания 1867 года: под монастырем – 2 дес. 1404 кв. сажен, под огородом и скотным двором – 2 дес. 508 кв. сажен, смешанного строевого и дровяного леса – 51 дес. 612 кв. сажен, сенокоса с кустарниками по болоту – 31 дес. 1061 кв. сажен, болота с кустами – 1776 кв. сажен, под половиной реки Ипути – 6 дес. 2100 кв. сажен, всей земли удобной и неудобной – 98 дес. 246 кв. сажен.

Во владении монастыря имеется в 10 верстах на реке «Каменке» хутор «Скачек». Земли по межеванию 1868 года значится под усадьбой и бывшей мельницей и сукновальней 978 кв. сажен, сенокоса с кустарниками 1 дес. 80 кв. сажен, дровяного леса – 3 дес. 1920 кв. сажен, под бывшим озером было 6 дес. 2008 кв. сажен, под плотиной и дорогой 1419 кв. сажен, всей земли удобной и неудобной 12 дес. 1605 кв. сажен.

В 1895 году дано Правительством земли с сенокосом и лесом упраздненного старообрядческого Епифаньевского скита 7 дес. 710 кв. сажен.

В 1895 году дано Правительством пахотной земли при дачах посада Шеломов в урочище за «Дыбовкой» в 25 верстах от монастыря 42 дес. и 1971 кв. сажен.

В 1850 году Правительством рыболовное озеро, находящееся в Суражском уезде при селении «Кожены», пространством 391 дес. 1900 кв. сажен.

Планы на первые два участка земли и рыболовное озеро при селении «Коженах» имеются и охраняются в целостности, а на последние два участка Епифаньевского скита и что при посаде Шеломах в урочище за «Дыбовкой» планов нет, а акты имеются и хранятся в целостности.

Содержание из казны монастырь не получает.

Священнослужителей по штату положен один священник, жалованье положено ему 400 рублей в год.

Настоятельница монастыря игумения Еликонида.

1916 года января 20 дня свидетельствовал благочинный единоверческих монастырей Черниговской епархии

Государственный архив Брянской области /фонд 424, опись 1, дело 25/



Комментарии и обсуждение


Некролог

30 сентября сего 1889 года скончалась настоятельница Малиноостровского единоверческого девичьего монастыря Новозыбковского уезда игумения Глафира (Синицына), имевшая от роду 80 лет. Покойная – дочь родителей простого звания и бедных по состоянию. Родина ее – город Новозыбков. Когда было ей еще пять лет от роду, она по бедности родителей была отдана в Никодимов единоверческий девичий монастырь Новозыбковского уезда, 1814 года. По упразднении этого монастыря в 1830 году она была переведена вместе с другими сестрами в качестве послушницы в Максаковский единоверческий девичий монастырь Борзненского уезда, где, достигши совершенного возраста, была пострижена в монашество 1848 года.

Настоящий Малиноостровский девичий монастырь прежде был монастырем мужским. Но волею блаженной памяти архиепископа Черниговского Филарета в 1866 году он был преобразован в монастырь женский. Волею того же высокопреосвященного в том же году были назначены в Малиноостровский монастырь сестры, числом до 15, из Максаковского монастыря на место братии, переведенной в Покровский монастырь Новозыбковского уезда. Начальницей преобразованного монастыря была назначена из числа переведенных сюда сестер инокиня Глафира, посвященная в сан игумении.

Покойная игумения Глафира была очень любознательная и даровитая от природы. Характер ее был весьма сдержанный, а это помогало ей всюду всматриваться зорко, внимательно, спокойно, приобретать правильный взгляд на вещи. Игумения Глафира правила вверенной ей обителью, очень бедною, усиленно заботясь об обеспечении ее необходимыми средствами к существованию. От казны не положено жалованья Малиноостровской обители. Есть только несколько угодий лесных и сенокосных, да еще при селе Кожанах Суражского уезда рыболовное озеро, от казны монастырю дарованное, дающее арендных денег до 400 р. в год.

Но всего этого недостаточно для удовлетворения всех нужд монастырских. От иноков не осталось в монастыре денег. Опытная в жизни и по характеру симпатичная игумения Глафира заслужила внимание и сочувствие со стороны людей богатых. И вот они начали приносить в обитель в достаточном количестве многоразличные пожертвования. Благодаря поступавшим постепенно пожертвованиям этот монастырь принял вид благоприличный. Три монастырских храма – один теплый и два холодных, прежде мрачные и скудные, теперь имеют вид благолепный. Ризница монастырская, прежде бедная, теперь весьма достаточна и драгоценна. Келии, прежде ветхие, теперь обновлены. Ограда монастырская, бывшая полуразвалившейся, возобновлена. Число сестер, живущих теперь в обители, до 50.

Покойная игумения Глафира очень любила исполнение правил церковных. Точно и основательно знавши церковный устав, она строго следила за исполнением его. А поэтому при служении церковном всегда слышалось пение старинное, умилительное; чтение – внятное и раздельное; служение – неспешное.

Полезное правление обителью покойной не было оставлено без внимания епархиальным начальством: 30 марта 1874 года она была награждена золотым наперсным крестом.

Игумения Глафира, будучи сама небогатой, никого не выпускала из ограды монастырской голодным. Она к каждому относилась внимательно и рубище бедняка старалась заменить одеждой крепкой. Она также любила искренне всех сестер обители.

Малиноостровской обителью покойная игумения Глафира управляла 23 года. Наконец, приблизилась к ней немощная старость. И она заявила преосвященнейшему Вениамину епископу Черниговскому смиреннейшую свою просьбу уволить ее на покой в прошедшем 1888 году. Но Господь судил ей недолго покоиться здесь – на земле – от трудов, прежде усиленно понесенных: 26 июня сего года с ней последовал легкий удар. Она сейчас же пожелала, чтобы над ней было совершено таинство елеосвящения, после чего сподобилась святых Христовых Таин. 30 сентября в полдень наступил для нее час смертный. Умирающую игумению окружили приближенные к ней сестры. Окинувши их угасающим взором, она промолвила: «Дети! Любите Бога, живите для неба. Земное – все суета. Вы видите, что мне, умирающей, нужны только молитвы ваши и больше ничего». С этими словами тихо, мирно она скончалась.

Погребение происходило 2 октября. Литургию и погребение совершил благочинный единоверческих монастырей архимандрит Покровского монастыря отец Пафнутий в сослужении трех священников единоверческих и четвертого бывшего священника Малиноостровского монастыря отца Симеона Баталина, теперь священника села Старых Бобович, который произнес пред погребением надгробную речь, вызвавшую у всех присутствовавших, особенно у сестер обители, горькие слезы. Так любима была покойная всеми. Вечная ей память!

Сообщил священник Симеон БАТАЛИН

Прибавление к Черниговским епархиальным известиям (часть неофициальная) от 15 ноября 1889 года, № 22, стр. 576-578

На рапорте настоятельницы Малиноостровского Рождество-Богородичного единоверческого монастыря от 22 декабря 1894 года за № 106, коим донесла о сделанных в течение 1894 года в пользу вверенного ей монастыря пожертвованиях купцом г. Новозыбкова Афанасием Ивановым Шведовым на сумму 1 470 руб., 28 декабря последовала резолюция преосвященнейшего Антония епископа Черниговского и Нежинского следующая: «Купцу Афанасию Иванову Шведову, усердному жертвователю на пользу Малиноостровского женского единоверческого монастыря, выражается от меня искренняя благодарность и признательность за его пожертвование в текущем 1894 году со внесением сей благодарности в его послужной список».

Черниговские епархиальные известия (часть официальная) от 1 февраля 1895 года, № 3, стр. 70

Малиноостровский Рождество-Богородицкий, женский, единоверческий, общежительный, Черниговской губернии, Новозыбковского уезда, в 10 верстах от Новозыбкова и в 2 верстах от посада Тимошкин-Перевоз, при реке Ипути. Он из раскола в единоверие присоединен в 1842 году и был мужским до 1865 года, когда обращен в женский. Купец Макушин пожертвовал 2 857 руб. серебром.

Материал для историко-топографического исследования о православных монастырях в Российской Империи (с библиографическим указателем). Том I. В.В. Зверинский. - Санкт-Петербург, 1890, стр. 178