«…Исследователями высказывались предположения о том, что именно Лазарица стала первой постройкой Моравской школы, возведенной князем Лазарем на моравских землях в его новой столице Крушевце. Однако, как и в случае с Раваницей, точное время строительства неизвестно. Условно возведение Лазарицы относят к середине 1370-х гг. Поскольку храм был посвящен св. Стефану, некоторые исследователи связывают его с рождением наследника — Стефана Лазаревича, хотя точная дата и этого события тоже неизвестна. До этого посвящение св. Стефану, покровителю сербского самодержавия, часто встречалось в рашский период, но для ΧΙV в. было исключительным явлением, связанным с какими-то особыми случаями. В Моравский период такое посвящение снова становится достаточно частым, о чем еще будет сказано ниже. Во всяком случае, стоит отметить, что уже в самом посвящении храма подчеркнута ориентация на национальные традиции. Совершенно очевидно, что возведение Лазарицы было очень важным моментом, поскольку на нее были ориентированы многие другие постройки (Руденица, Каленич и пр.).
В отличие от Раваницы, Лазарица не была монастырским храмом. Примечательной особенностью этой постройки является то, что она находится в центре укрепленного городища — крепости Крушевац. Таким образом, это городской храм, созданный по княжеском заказу, т.е. придворица. Относительно каких-то других особых функций этого храма ничего не известно.
Лазарица представляет собой однонефный триконх. Храм вытянут по оси запад-восток. В нем прослеживается четкое трехчастное деление на алтарь, зону наоса, фланкированную двумя боковыми конхами, и внутренний нартекс. Эта ось продолжается одновременно возведенным, изначально слитым воедино с основным объемом экзонартексом. Последний представляет собой двухъярусную башню с купольным завершением. Во втором ярусе здесь был устроен придел.
Обратим внимание на то, что сам однонефный тип этого храма, не столь частый в византийской традиции, очень похож на рашский вариант (если отбросить боковые конхи). Это впечатление усиливает вытянутость здания по оси восток-запад, наличие большого нартекса с запада, а также особенно стройные пропорции. Вертикальная ориентация башнеобразной композиции подчеркнута многогранной главой на высоком постаменте и повышенными подпружными арками на изящных консолях.
Представляется, что сходство Лазарицы с рашским типом храма не случайно. Ее строительство по времени совпадает с формированием церковно-политической идеологии князя Лазаря, в основе которой лежал намеренный и осмысленный возврат к традициям эпохи Неманичей. Если принять предположение о строительстве Лазарицы после рождения наследника, то в данном случае это сходство приобретает еще более конкретный, программный характер: именно супруга князя Лазаря Милица происходила из рода Неманичей, связь с которым было так важно подчеркнуть для князя Лазаря. В дальнейшем строительстве эпохи князя Лазаря и особенно Стефана Лазаревича эта ориентация на рашские образцы будет становиться все более отчетливой.
Помимо такой общей ориентации, обращают на себя внимание некоторые нюансы планировочного решения. Притом, что храм однонефный, алтарь здесь трехчастный: центральную апсиду фланкируют две боковые ниши в толще восточной стены. Внутренний нартекс структурно выделен за счет выноса опорных лопаток. Хотя во внутреннем нартексе Лазарицы не выявлены захоронения, одновременные постройке, в дальнейшем они будут встречаться во внутренних нартексах других однонефных триконхов.
Центральное столпообразное ядро храма четко выделено и увенчано высокой главой на кубическом постаменте. Вертикальная ориентация усилена линиями тонких колонок наложенной аркатуры. Специфическим нюансом, также восходящим к рашским постройкам, явлются щипцы в завершении восточного рукава креста. Ступенчатые композиции боковых конх завершаются закомарами рукавов креста и еще одной ступенью наложенных на постамент барабана кокошников. Вертикальная устремленность очертаний кокошников подхватывается полуколонками на гранях барабана и вытянутыми пропорциями самой главы. Вторая вертикаль — увенчанная куполом башня нартекса, примыкающая к основному объему несколько ниже уровня центральной главы. В основе ее композиции тоже используется принцип ступенчато повышающихся объемов нескольких ярусов, который акцентируется с помощью наложенных уплощенных арок на фасадах. На фасадах нартекса появляется еще один интересный мотив, не встречавшийся ранее, — пучковые полуколонны, фланкирующие углы основного четверика в двух нижних регистрах. Декор становится важным средством художественной выразительности, причем не всегда имеется жесткая привязка к конструкции.
Если общая конфигурация храма напоминает рашский тип, то этого нельзя сказать о его декоративной программе. Она отличается невероятной нарядностью и разнообразием, что становится ключевым моментом в образе постройки. Несмотря на то, что здесь совсем иная типология, иная композиция, иные пропорции, все основные моменты декоративной программы очень близки Раванице. Так же, как и в Раванице, храм поднят на цоколь и имеет три ряда горизонтальных карнизов, опоясывающих его со всех сторон и как бы собирающих воедино. Так же, как это было в Раванице, три экседры триконха имеют наложенную аркатуру на тонких полуколонках. В верхних частях над закомарами рукавов креста есть дополнительные кокошники, богато украшенные резными архивольтами и небольшими розетками. Мотив розетки находит здесь еще большее распространение. Разного диаметра розетки украшают продольные и поперечные фасады в верхнем ярусе каждого из прясел. Их функция светового окна и заполнение сквозной каменной резьбой с богатыми, никогда не повторяющимися орнаментами в дальнейшем станут одной из самых узнаваемых и характерных особенностей моравских построек. Кроме обильного каменного резного декора использованы и керамические вставки. Динамичность образа усиливается полихромией, связанной с самой техникой кладки, где разная фактура известняка чередуется с горизонтальными рядами кирпича, создавая характерный полосатый узор, как в Раванице.
Как внешний облик, так и интерьер Лазарицы станет образцом для целого ряда построек. При всей компактности этого здания, в нем прослеживается уже знакомая нам тенденция к зальной организации пространства и одновременно вертикальной его ориентации, в которой узнаются столпообразные наосы рашских церквей. Боковые конхи полностью открываются в небольшой подкупольный квадрат и существенно расширяют его пространство. Уровень примыкания боковых экседр к рукавам креста оказывается несколько пониженным, что в интерьере создает дополнительную ступенчатость, подготавливающую подъем верхних частей.
Свет равномерно проникает через многочисленные окна барабана, нижние широкие окна и большие розетки в среднем ярусе, создавая ощущение просторного, наполненного воздухом пространства. В целом окна в Лазарице заметно больше, чем в рашских памятниках. Если на фасадах вертикальная ориентация развивается в виде ритмичного ступенчатого подъема, то в интерьере она раскрывается значительно более плавно, спокойно, без сильной и тяжеловатой экспрессии, которая характерна для некоторых рашских храмов, таких как Милешево, Сопочаны и др.
Купол в Лазарице возведен на повышенных подпружных арках. Напомним, что повышенные подпружные арки — характерная особенность сербской архитектуры, разработанная еще в рашский период и использовавшаяся позднее (например, в Грачанице). В Лазарице эта конструкция обогащается новым изящным вариантом оформления: узкие паруса как бы окантовываются рельефно выступающей профилировкой подпружной арки, а нижний конец паруса оформляется консолью и небольшим тонко профилированным импостом, акцентирующим угол. Это дает изысканную легкость, мотив органичного роста, плавный подъем главы. Подпружные арки имеют едва заметную стрелу подъема, что тоже можно считать специфически сербской интерпретаций византийской основы, которая появилась еще в рашских храмах. Все художественные средства создают ощущение легкости, взлета, парения.
Отдельного разбора заслуживает внешний нартекс Лазарицы, не имеющий точных аналогов ни в рашской, ни в моравской традиции. Он достаточно узкий, с большими двойными арочными проемами на колонках с севера и юга. Внизу они ограничены каменными парапетными плитами, украшенными рельефами с гербами Лазаря Хребеляновича. Какой-либо иной функции этого помещения, кроме вестибюля, подготавливающего вход в основное пространство храма, выявить не удается. Однако верхний ярус, куда ведет внутристенная лестница, представляет собой придел с алтарем, выраженным нишей в толще восточной стены и нишей протезиса с северной стороны. Придел со всех сторон имеет окна-бифоры и купольное завершение. Это ярко освещенное, практически открытое пространство — специфическая особенность именно Лазарицы, которая не встречается в других моравских храмах.
Экзонартекс с двумя открытыми проемами с севера и юга немного напоминает церкви монастыря Архангелов в Призрене. Церковь Св. Николая этого монастыря действительно некоторыми своими чертами была похожа на Лазарицу. Это тоже небольшая однонефная купольная постройка из белого камня с нартексом, как бы слитым с остальным телом храма, и имеющим сквозные проемы с трех сторон. Ажурный экзонартекс был пристроен к церкви в Лесново в 1347–1349 гг. Не исключено, что этот ряд построек середины XIV в. действительно стал тем звеном, через которое данная византийская традиция пришла в моравскую архитектуру. В дальнейшем такие экзонартексы со сквозными проемами по сторонам станут важной особенностью нескольких построек эпохи князя Лазаря. Напомним, что в Раванице тоже имеется обширный купольный экзонартекс с двойными проемами с севера и юга, который на ктиторской композиции изображен с тремя куполами. Ничего подобного не могло быть в рашских храмах, поскольку в них экзонартексы использовались для литийных богослужений и часто фланкировались дополнительными приделами. Однако с возвращением рашских традиций в архитектуре рубежа XIV–XV вв. от таких открытых экзонартексов быстро отказываются. Так, в Раванице еще при жизни князя Лазаря роскошные проемы с северной и южной стороны экзонартекса оказываются заложенными. Отсутствие сквозных проемов в целом ряде экзонартексов других моравских церквей конца XIV – начала XV в. свидетельствует о том, что экзонартексам возвращается определенная литургическая функция…»
По материалам диссертации Мальцевой С.В. «Архитектура Сербии второй половины XIV – первой половины XV века. Моравская школа», стр. 80-86.
Maltseva_disser.pdf
Комментарии и обсуждение