Самая первая церковь была построена в Россоши вскоре после возникновения слободы – в промежутке между 1712 и 1721 г.г. Об этом говорят документы: в описи церквей Воронежской епархии за 1712 год россошанской церкви еще нет - запись, что в слободе Россоши есть Крестовоздвиженская церковь, при которой числятся четыре священника, два диакона, четыре дьячка и четыре пономаря, была внесена в следующую опись, проведенную девять лет спустя. Количество церковного штата подсказывает исследователю, что население слободы к тому времени уже было значительным.
Первая церковь была деревянной, с кровлей из липовых лубьев. О ее постройке ходатайствовал первый владелец Россоши полковник Острогожского слободского полка Иван Иванович Тевяшов. Дерево, как известно, - материал недолговечный, да и слобода разрасталась довольно быстро. Наследнику полникника, тоже Ивану Ивановичу, в 1742 году пришлось обратиться к епископу Воронежскому и Елецкому Иоакиму с просьбой разрешить построить новую церковь «в другом удобном месте».
Вторая церковь в Россоши была построена через два года, но ее освящение затянулось до 1747 года, так как Острогожский протопоп Антоний не мог представить в епархию указ о постройке этой церкви, сгоревшей во время пожара в его доме. Дату освящения второй россошанской церкви помог определить антиминс – (полотно с изображением плащаницы), на котором было написано: «В храм Воздвижения. Острогожский заказ в слоб. Россошь. Повелением Благочестивейшей Государыни нашея Императрицы Елисаветы Петровны всея России и благословением Св.Синода священодействован преосвященным Феофилактом Епископом Воронежским и Елецким. 1747 год. 19 день июня».
Ровно через пятнадцать лет россошанские священники с помещиком Тевяшовым просили у епископа разрешение на строительство третьей церкви, сообщив при этом, что лес для оной уже заготовлен. В Воронеже преосвященный Иоанникий наложил на их прошение такую резолюцию «Велеть наперед учинить освидетельствование помянутой ветхой церкви (Тевяшов писал, что она уже рушится) с описанием, каково она ныне состоит в благолепии и удовольствии…»
Проводить ревизию в Россошь отправился Донецкий архимандрит Корнилий. Он пришел к выводу, что церковь «никакого недостатка и оскудения не терпит» и еще уличил россошанских священников в обмане. Они сообщили в епархию что «в слободе имеется триста малороссийских дворов» (душ обоего пола 2464), а на самом деле в приходе ревизор насчитал 405 хат. За утайку дворов епископ Иоанникий наложил на «попов слободы Россоши» штраф в 10 рублей. По тем временам сумма немалая, если учесть что церковь платила в год в епархиальную казну 3 рубля 69 коп. да еще 40 коп. на семинарию. Несмотря на это, просители получили разрешение на новую церковь, «к построению которой жители слободы Россоши приступили своим коштом».
На строительство новой, третьей по счету, церкви ушло семь лет. Завершить полностью сооружение храма «своим коштом» россошанцам оказалось не под силу. Пришлось обращаться к новому епископу Тихону выдать книгу для сбора пожертвований на «иконостас и церковную утварь». 4 июля 1766 года епископ наложил резолюцию: «Дать книгу и указ». Новая церковь закончена и освящена была в мае 1769 года. Она действовала 65 лет до окончания строительства большой каменной церкви в 1834 году, которую поставили в отдалении на новой базарной площади. Произошло это уже при других владельцах Россоши.
Из Тевяшовых последним хозяином Россоши был Степан Иванович, тоже полковник. В 1787 году он выдал свою единственную дочь Евдокию за сына воронежского генерал-губернатора Дмитрия Васильевича Черткова. При нем началось строительство каменной Крестовоздвиженской церкви, которая завершилась уже при его сыне Николае Дмитриевиче Черткове, вступившем во владение Россошью после раздела имения в 1829 году.
Дмитрий Васильевич Чертков еще в 1820 году «входил с прошением» к епископу Воронежскому и Черкасскому «о дозволении взамен обветшавшей деревянной церкви устроить новую каменную». План и фасад храма были утверждены в сентябре того же года, строительство затянулось без малого на 14 лет. Деньги поступали из разных источников: из церковного «кошелька», в виде пожертвований на храм, а также мостовые и гуртовые сборы – с приезжавших в Россошь на ярмарки брали с каждого воза по 2 копейки, с рогатого скота по 1 копейке. Помещик Н.Д.Чертков сразу пожертвовал на церковь тысячу рублей ассигнациями.
«В архитектурном отношении Крестовоздвиженский храм вполне моет быть назван величественным. Не только приезжающие восхищаются его видом, но и местные жители часто с любовью останавливают свой взор на нем», - писал Т.Олейников в статье «Слобода Россошь Острогожского уезда и ее Крестовоздвиженская церковь» в 1895 году. Высота храма вместе с крестом на главном куполе равнялась 37 метрам, т.е. высоте двенадцатиэтажного дома. Стены и потолок внутри церкви расписывались дважды. Во второй раз настенные изображения были выполнены по рисункам на библейские темы знаменитого французского графика Гюстава Доре.
В последующие годы рядом с церковью построили колокольню. Она была значительно ниже храма, что нарушало общий архитектурный ансамбль. Исправить это несоответствие четверть века спустя, решились два жителя Россоши: священник Андрей Степанович Соколов и церковный староста Михаил Данилович Жарый. Начинали они эту большую стройку без гроша в кармане. Жарый, незадолго перед этим принявший церковные ключи от своего предшественника Ивана Сухомлина, обнаружил в церковном «кошельке» только несколько медных пятаков. Уплатить же россошанцам за колокольню пришлось 30 тысяч рублей.
Ради этой колокольни отец Соколов в начале 1861 года отправился пешком в первопрестольную. В подмосковном имении Чернево он посетил нового помещика Григория Александровича Черткова, которому Россошь перешла после смерти его отца. Григорий Александрович радушно принял ходатая и, когда узнал о цели его прихода, сразу же послал в Москву за архитектором Бурениным, которому поручил выполнить проект колокольни. Пока архитектор работал над проектом, отец Андрей Соколов совершил поломнический тур по святым местам центра России. Чертков помог подыскать исполнителя буренеинского проекта. Колокольню в Россоши к 1876 году построил московский подрядчик Грязнов. Четырехэтажная, восьмигранная колокольня подняла позолоченный крест на пятидесятивосьмиметровую высоту (в то время она была по высоте второй в губернии, сейчас выше нее колокольни в области нет). На первом этаже колокольни был сооружен храм в честь благоверного великого князя Александра Невского.
В 1883 году церковный староста, один из братьев богачей, выкупивших чертковское имение, Иван Емельянович Плотицын заказал для колокольни на заводе Самофалова в Воронеже колокол весом в триста три пуда. Говорят, звон от него был слышен в Копанках. Этот колокол прослужил россошанцам 12 лет. В один из дней на Святой неделе изрядно подвыпившие звонари до того постарались, что колокол дал трещину. Пришлось очередному старосте Т.А.Сафонову везти «пострадавшего» в Москву. Там, на заводе, его приняли по 12 рублей за пуд и отлили новый в 350 пудов весом (5600 кг), но платить за него пришлось 16 рублей 50 коп. за пуд. Дорого это или дешево? В то время корова стоила трояк, а лошадь можно было купить за пятерку.
В 1937 году по распоряжению новой власти этот колокол был сброшен с колокольни. Шпиль с крестом срезали в 1930-е годы, а в январе 1943 года, во время освобождения Россоши, купол колокольни был поврежден артиллерийскими снарядами – нашим бойцам пришлось выбивать огнем засевших на самой верхотуре вражеских пулеметчиков.
Старую Крестовоздвиженскую церковь большевики разрушали долго – добротная, выполненная на совесть кладка старых мастеров не поддавалась категоричным приказам нового начальства. Происходило необычное, направленное к достижению прямо противоположных целей, соревнование между верующими и местными властями. Первые ремонтировали, подновляли пострадавшую колокольню (во время войны в ее церкви открылась служба), а вторые прилагали недюжинные усилия, чтобы разрушить до основания стоящее рядом здание храма.
Зыбинская А.В. История храмов Россошанского благочиния
Комментарии и обсуждение